Статьи
СКАЗКИ ПО МОТИВАМ СТАРШИХ АРКАНОВ ТАРО. СОЛНЦЕ.
Податель жизни, грозная звезда, полная жара, света, тепла и яркости, в таро Солнце означает триумф, рождение ребенка, лидерство, преображение, процветание и удачный брак.
Может означать и некий эгоизм, и опустошенность, и благополучное начало или завершение.
Говорят старые легенды о том, что был у Богини неба любимый сын, прекрасный и сильный, названный Солнцем. Ярче золота сияли его кудри, синее сапфиров были его очи, и улыбка его согревала всех, к кому была обращена.
Всем он был хорош, и скромен — ведь поначалу Богиня, не желая, чтобы сын ее вызывал своей красой зависть мрачных Богов зимы, позволяла ему выезжать в колеснице лишь дважды в году.
Однако, едва исполнилось ему двадцать лет, как взыграла в нем гордыня: понял он, что хорош собою, и стал похваляться этим пред самыми очами грозного Холода, темного властелина зимних дней и подземного мира.
Предупреждала его мнительная и мудрая мать о том, что следует быть осторожнее, но разве будет юность слушать зрелость?
Еще пуще возгордился Солнце — видя, как волнуется его добрая мать, решил доказать ей, что никому не под силу совладать с ним.
Облачился он в золотые, как жар горящие, доспехи, опоясался мечом огненным, и оседлав самого красивого и быстрого скакуна, отправился к самому входу в подземное царство, туда, где умирали цветы, туда, где сам ветер застывал на бегу.
Ожидал он увидеть самого Холода — да не знал, что не его надо было бояться. Ведь звали его Холодом смертные — а среди Богов его знали как Белого Герцога, властителя палат Смерти.
Супругой его была прекрасная, но (что вовсе не удивительно) холодная Богиня темной луны, и вместе правили они бесконечными землями, где все живое становилось мертвым.
Сразу понял Герцог Холода, что перед ним — заносчивый гордец, и не желая ранить или обижать свою любимую сестру-Богиню, не пожелал затевать ссоры с ее сыном. Приветливо обратился он к племяннику, пригласил его в свои чертоги, и слуги его поднесли Солнцу лучшие вина и яства.
Но не желал юноша быть благодарным — захотел он, чтобы могущественный Герцог отдал ему во владение все земли, и признал его сильнейшим.
Усмехнулся Герцог — померкли разом светильники в зале. Пробежали грозовые облака над хрустальным сводом.
Отказаться бы Солнцу от своих идей — но нет, он настаивал.
Герцог нахмурился — грозою наполнился воздух, стало холодно, и даже сияние доспехов Солнца стало не таким уж ярким.
Но вновь стал юноша настаивать — и желая унизить Герцога, оскорбил его единственную дочь, Розу Холодов.
Этого властелин северного ветра не стерпел — разгневался он, и сверкнула молния, и небеса потемнели. И померк свет Солнца, ибо стало юноше не по себе.
— Гордец! — гремел голос Герцога над землей, рассыпая снежинки, — Неужто ты возомнил себя центром вселенной, коли пришел в мой дом и требуешь повиновения, ничего не сделав взамен? Я заставлю тебя пожалеть о том оскорблении, что ты нанес моей дочери, несчастный!
И померк свет Солнца, и погасли гордые очи — упал юноша замертво к ногам Герцога, и замерзло его сердце.
Прослышав о гибели сына, явилась Богиня неба к брату и стала умолять его о пощаде — знала она, что мог Герцог как отнять, так и дать жизнь, ведь было его сердце добрым, хоть характер и был его подобен северному ветру.
Увидав слезы сестры, смягчился Герцог, и скрепя сердце, вернул племяннику тепло и жизнь.
Вернулся Солнце с матерью в небеса, вернулся совершенно иным, чем был прежде — скромен он стал, участлив и внимателен, и светом его улыбки наполнились земли смертных людей.
Долгие годы присматривался к нему Герцог, прежде чем внял его мольбе и отдал ему в жены единственную дочь — но зятем остался доволен.
Так говорят легенды — и быть может, преувеличивают, но с тех самых пор лишь только зимние розы цветут в самый разгар холодов, словно согретые нежностью солнца.
Хелена Соболевская "22 сказки о Таро"
Может означать и некий эгоизм, и опустошенность, и благополучное начало или завершение.
Говорят старые легенды о том, что был у Богини неба любимый сын, прекрасный и сильный, названный Солнцем. Ярче золота сияли его кудри, синее сапфиров были его очи, и улыбка его согревала всех, к кому была обращена.
Всем он был хорош, и скромен — ведь поначалу Богиня, не желая, чтобы сын ее вызывал своей красой зависть мрачных Богов зимы, позволяла ему выезжать в колеснице лишь дважды в году.
Однако, едва исполнилось ему двадцать лет, как взыграла в нем гордыня: понял он, что хорош собою, и стал похваляться этим пред самыми очами грозного Холода, темного властелина зимних дней и подземного мира.
Предупреждала его мнительная и мудрая мать о том, что следует быть осторожнее, но разве будет юность слушать зрелость?
Еще пуще возгордился Солнце — видя, как волнуется его добрая мать, решил доказать ей, что никому не под силу совладать с ним.
Облачился он в золотые, как жар горящие, доспехи, опоясался мечом огненным, и оседлав самого красивого и быстрого скакуна, отправился к самому входу в подземное царство, туда, где умирали цветы, туда, где сам ветер застывал на бегу.
Ожидал он увидеть самого Холода — да не знал, что не его надо было бояться. Ведь звали его Холодом смертные — а среди Богов его знали как Белого Герцога, властителя палат Смерти.
Супругой его была прекрасная, но (что вовсе не удивительно) холодная Богиня темной луны, и вместе правили они бесконечными землями, где все живое становилось мертвым.
Сразу понял Герцог Холода, что перед ним — заносчивый гордец, и не желая ранить или обижать свою любимую сестру-Богиню, не пожелал затевать ссоры с ее сыном. Приветливо обратился он к племяннику, пригласил его в свои чертоги, и слуги его поднесли Солнцу лучшие вина и яства.
Но не желал юноша быть благодарным — захотел он, чтобы могущественный Герцог отдал ему во владение все земли, и признал его сильнейшим.
Усмехнулся Герцог — померкли разом светильники в зале. Пробежали грозовые облака над хрустальным сводом.
Отказаться бы Солнцу от своих идей — но нет, он настаивал.
Герцог нахмурился — грозою наполнился воздух, стало холодно, и даже сияние доспехов Солнца стало не таким уж ярким.
Но вновь стал юноша настаивать — и желая унизить Герцога, оскорбил его единственную дочь, Розу Холодов.
Этого властелин северного ветра не стерпел — разгневался он, и сверкнула молния, и небеса потемнели. И померк свет Солнца, ибо стало юноше не по себе.
— Гордец! — гремел голос Герцога над землей, рассыпая снежинки, — Неужто ты возомнил себя центром вселенной, коли пришел в мой дом и требуешь повиновения, ничего не сделав взамен? Я заставлю тебя пожалеть о том оскорблении, что ты нанес моей дочери, несчастный!
И померк свет Солнца, и погасли гордые очи — упал юноша замертво к ногам Герцога, и замерзло его сердце.
Прослышав о гибели сына, явилась Богиня неба к брату и стала умолять его о пощаде — знала она, что мог Герцог как отнять, так и дать жизнь, ведь было его сердце добрым, хоть характер и был его подобен северному ветру.
Увидав слезы сестры, смягчился Герцог, и скрепя сердце, вернул племяннику тепло и жизнь.
Вернулся Солнце с матерью в небеса, вернулся совершенно иным, чем был прежде — скромен он стал, участлив и внимателен, и светом его улыбки наполнились земли смертных людей.
Долгие годы присматривался к нему Герцог, прежде чем внял его мольбе и отдал ему в жены единственную дочь — но зятем остался доволен.
Так говорят легенды — и быть может, преувеличивают, но с тех самых пор лишь только зимние розы цветут в самый разгар холодов, словно согретые нежностью солнца.
Хелена Соболевская "22 сказки о Таро"